09 августа10 минут#переехать

Американцы стреляют российскими пейнтбольными шариками. Как это стало возможно?

Чтобы произвести нормальный пейнтбольный шарик, нужно три года. Чтобы завоевать мировой рынок — чуть больше. Для этого всего лишь надо оставить блестящие перспективы Лондона, переехать в Москву, ночевать в цеху на окраине города и верить в то, что американцы будут стрелять друг в друга российскими пейнтбольными шариками.
#производство
#игры
#химия
#технологии
#упорство_и_труд
0
0
0
Поделиться

Март 2011 года 26-летний Петр Подкопов, выпускник английской частной школы и английского же университета Royal Holloway, почти целиком провел в пустом цеху в одной из промзон на севере Москвы. В этом цеху только что установили новую машину для производства капсул для фармацевтики, и Петр пытался наладить ее таким образом, чтобы она производила качественные шарики для пейнтбола. С предыдущей машиной, которая приехала из Китая, ничего не вышло. Петр промучился с ней полгода и заказал более дорогую — корейскую.

Маркетолог по образованию, он упорно заливал в машину новые порции желатина (оболочку для шаров из пейнтбола делают из желатина, как и капсулы для таблеток) и выставлял новые настройки на панельной доске. Вместе с ним в цеху был только отец, который тоже никогда не имел дела ни с химией, ни с производством. И хотя профильного образования и опыта Подкоповы не имели, они были предпринимателями, за плечами было несколько успешных бизнесов (еще больше — неуспешных) и они верили, что новое дело нужно запускать самому, а уж когда оно пойдет, нанимать специалистов, консультантов, обставлять офис и далее по списку.

Отец уходил домой, Петр спал в цеху на черном кожаном диване, который купил и привез в цех сам. Дом его был в Англии, там он провел большую часть жизни (с 11 до 26 лет), и в Москве молодой человек толком обзаводиться жильем не собирался, хотел быстренько наладить новый бизнес и вернуться.

Было бы славно в этом месте сообщить, что в апреле первая партия качественных шариков была произведена. И что дальше все пошло как по маслу. Но вообще-то нет. Ни в апреле, ни в мае, ни даже в августе. В Англию Петр так и не вернулся, а с дивана ему пришлось переселиться в московскую квартиру.

— Весь первый год работы мы с Петей друг друга ненавидели, — рассказывает Дмитрий Куликов, вице-президент компании Pro-shar, и Петр Подкопов, гендиректор компании, энергично кивает, соглашаясь с товарищем. — Он производил откровенный брак, а я этот брак должен был продавать. То шарики раскисают, то слипаются, то слишком колкие, то недостаточно колкие, то овальные, то цветовая линейка подкачала. Жуть. Нормальное качество только через три года стало получаться. Сейчас качество наших шаров — лучшее в мире, это официально. Но мы все равно не довольны. Всегда есть куда расти.

— Это точно! — откликается Петр Подкопов.

Он водит нас все по тому же цеху, в котором дневал и ночевал весной 2011 года, только теперь на производстве уже четыре корейские машины, которые делают в день пять миллионов шариков, и эти шарики разъезжаются отсюда по всему миру. Компания Pro-shar за восемь лет существования превратилась во второго по величине в мире производителя шаров для пейнтбола, обеспечивает 70 % российского рынка, 30 % европейского и постепенно начинает завоевывать американский.

— Вот смотрите — показывает Петр на одну машину, которая монотонно выплевывает желтые шарики. — Вот сюда желатин заливается. Вот машина из него плюшки такие режет. Потом плюшки эти соединяет — типа как пельмень лепит. Потом надувает этот пельмень воздухом, чтобы он круглый был. Наливает начинку и выплевывает сушиться. Все! Казалось бы. А на самом деле сложностей миллион. Эти шарики поедут во Флориду, на чемпионат США. В Москве сейчас плюс десять градусов и вроде бы сухо, а в Орландо — плюс тридцать пять и влажность сумасшедшая. А шарики должны вести себя одинаково вне зависимости от погоды: вылететь из ствола целым со скоростью девяносто метров в секунду, пролететь шестьдесят метров и раскрыться от малейшего касания. А вот те шары — Петр показывает на другую машину, которая выплевывает оранжевые шары, — они для детской игры в лесу. Эти шары должны не раскрыться, задев ветку, но раскрыться на человеке. И естественно, ни один из этих шаров не должен содержать аллергены, не должен ранить человека и еще сотне параметров должен удовлетворять.

В пейнтбол, нужно сказать, ни один из Подкоповых не играл никогда в жизни.

«Дилер свой товар не употребляет», — объясняет Петр, делая свирепое лицо. Так что в этот бизнес отца с сыном привела не страсть, а вполне прагматические соображения: обнаружилась связь пейнтбола и основного богатства исторической родины. Дело в том, что полиэтиленгликоль — ПЭГ, красящее вещество — это как раз продукт нефтепереработки. А значит, в России он должен был оказаться в достаточных количествах. И действительно, выяснилось, что крупнейшие производители шаров из США и Канады закупают сырье в Татарстане, на одном из заводов «Нижнекамскнефтехима».

Идею производить шарики для пейнтбола в семью Подкоповых заронил кто-то из стартаперов, которые толпами ходили к ним в 2008 году. Тогда Подкоповы жили в Великобритании, управляя оттуда международным бизнесом, связанным с компьютерным «железом». В связи с мировым кризисом тот бизнес резко прекратился, а деньги остались, и к бизнесменам потянулись ходоки в поисках инвестиций под новые идеи. Но Подкоповы инвестировать в чужой бизнес не любили, любили все делать сами. Начинать новый бизнес на Западе тогда было невозможно: после кризиса 2008 года сработал эффект домино, банки не давали инвестирования никому. Стали обдумывать варианты новых проектов в России. И в 2011 году вспомнили о шариках, провели небольшой маркетинговый анализ и решили начать дело.

Выяснив, что сырье для шариков нужно закупать в Татарстане, делать производство там же все же не решились. Ставший уже до мозга костей англичанином Петр дальше Москвы углубляться в российскую действительность опасался. Так и начали.

— Прошлись по всем граблям, по некоторым дважды, а на каких-то еще и сплясали, — веселится Петр. — Но мы же везучие. Вот с Димой, например, как нам повезло. Первый человек в мире пейнтбола! Ну в смысле, не как Гагарин в космосе, а как Шумахер в гонках. Ни одного нет человека в мировом пейнтболе, который бы Диму не знал.

Петр Подкопов

Практически во всех странах мира есть спортивные ассоциации пейнтбола. Традиционных лидеров на ниве спортивного пейнтбола три, и они такие же, как в хоккее: Канада, США и Россия. В США и Канаде спортивная ассоциация является вершиной мощной пирамиды, в основании которой детские школы, большое количество команд и доступность инфраструктуры.

В России никакой пирамиды нет, а команда, лидирующая на мировой арене, есть. Как это часто случается в российском спорте, заслуга принадлежит одному состоятельному энтузиасту. В данном случае — бывшему владельцу Пробизнесбанка Сергею Леонтьеву. В 1996 году он создал команду «Русский легион», которая спустя восемь лет уже играла в главном чемпионате планеты X-Ball (NXL), а начиная с 2006 года регулярно выигрывает в этом чемпионате Кубок мира.

Дмитрий Куликов, который играл в первом составе этой команды и был ее капитаном, выигрывал Кубок мира трижды.

Весной 2011 года Петр вышел из цеха, в котором стоял его черный диван, чтобы посетить соревнования по пейнтболу — посмотреть, что это, собственно, такое. И на этих соревнованиях познакомился с Дмитрием. Тот уже был в курсе, что какие-то русские ребята собираются производить шарики, и был заинтригован. Встретившись, решили, что Дмитрий в деле. И через месяц появился первый результат этого альянса: в мае пейнтбол проник на Красную площадь. Это был некий форум «Готов к труду и обороне», который проводил Военно-спортивный фонд вместе с Департаментом физической культуры и спорта Москвы. Команда «Российский легион» по инициативе Дмитрия приняла в форуме участие, раздавала посетителям оборудование и разрешала пострелять — Pro-shar изготовила для этого мероприятия специальные шары без краски.

Примерно в это же время первая коробка шаров поехала в Германию. Потом довольно быстро добавились Украина и Чехия, затем — Голландия.

— Я изначально был нацелен только на экспорт. В силу своей спортивной истории я больше времени за границей проводил, в России толком и не знал никого. Но самое главное, я понимал, что ставку нужно делать на спортивный пейнтбол. Это витрина индустрии!

Выбрав эту стратегию, Pro-shar стала большую часть маркетинговых бюджетов тратить на чемпионаты: стала спонсором чемпионатов Европы, России и США, и,  соответственно, получила выход на главные пейнтбольные клубы мира.

Петр Подкопов (слева) и Дмитрий Куликов (справа)

В Голландии у Pro-shar как раз нашелся подходящий партнер, через которого наладили поставки в большинство европейских стран. Помимо того, компания получила выход на порт в Роттердаме, а оттуда было уже рукой подать до Америки.

— Американский рынок — это это примерно 70 % мирового, — объясняет Дмитрий Куликов. — Если американец, который регулярно играет в пейнтбол, один раз в год купит коробку наших шаров, нам наше производство нужно будет увеличить в три раза.

Pro-shar начала выход на столь важный рынок осторожно: сначала не под своим брендом, а осуществляя услуги контрактного производства. К 2017 году, таким образом, на американский рынок шла уже треть продукции Pro-shar — столько же поставлялось на европейский и российский рынки. Свой оборот руководители Pro-shar не раскрывают, как и все успешные представители малого бизнеса скромно сообщают что «еще немного — и миллиард». Наращивать планируется именно американское направление: сейчас у компании 1 − 2 % американского рынка, в планах — занять 20 %.

— Сейчас мы вторые по величине в мире после канадской GI Sportz, — говорит Петр.

— Нет ни одной европейской страны, в которой не представлена наша продукция. Во всем мире есть две компании, которые в любую страну в течение суток могут поставить коробку шаров, — мы и наш главный конкурент; соответственно, половину клубов на мировых чемпионатах они спонсируют, половину — мы, — смеется Петр.

— Есть компании, для которых выход на западные рынки — это имиджевый проект, — объясняет Дмитрий. — Для нас, скорее, наоборот. У нас самая низкая рентабельность на российском рынке. Рынок маленький, к повышению цен очень чувствительный, поэтому некоторые позиции мы продаем ниже себестоимости. Например, для детского спорта. Но мы, конечно, с собственного рынка никуда не денемся. Мы — главные спонсоры федерации пейнтбола, поддерживаем национальные сборные, проводим собственный кубок Pro-shar Cup.

— Потому что мы уже местные, — сам себе удивляется Петр. — Как-то понравилось мне в России. Не ожидал.

В начале лета 2019 года умер один из основателей бизнеса, отец Петра, Анатолий Подкопов. Практика наследования бизнеса в России пока не очень обширна и не всегда успешна в силу разных причин. Но случай Pro-shar — особенный в этом ряду, поскольку в этой компании отец и сын были равными партнерами с самого начала.

— Отец, конечно, был стратегом, визионером, — вспоминает Петр. — Я всегда был в большей степени делатель. Есть задача — делаю, потом думаю над следующей. Но, может быть, у меня просто необходимости не было далеко вперед смотреть? Теперь буду, куда деваться. Главное, страха нет у меня. Страх — это то, чего у предпринимателя вообще быть не должно. Потому что риск все потерять есть всегда, но если бояться все потерять — даже пальцем не шевельнешь. А я вот не боюсь. И отец не боялся.

Записала: Елена Разина
Фото: Наталья Покровская
0
0
0
Поделиться
#город_будущего
«Умный город — новое медиа» Алексей Уткин, Synaps Labs